11.04.2016

Лучше понимать друг друга

Каждый из нас способен творить, создавать настоящие произведения искусства – будь то музыка, поэзия или театр. В этом абсолютно убеждены руководитель интегрированного театра-студии «Круг II» (Москва) Андрей Афонин и основатель инклюзивного театра «THIKWA» (Берлин) Герд Хартманн. Каждый человек, даже если у него есть особенности развития или ограниченные возможности здоровья, может раскрыть свой талант – если ему немного помочь. В декабре этого года в Берлине, Москве, Санкт-Петербурге и Пскове состоится премьера российско-германского инклюзивного спектакля «BioFiction. Где заканчивается реальная жизнь?» — это совместный российско-немецкий творческий проект, реализуемый при поддержке Гёте-Института. Однако, чтобы этот важный и нужный проект реализовался, ему тоже нужна поддержка.

Первооткрыватели с «Золотой маской»

режиссеры
Режиссеры Андрей Афонин и Герд Хартманн на вручении премии «Золотая маска» в 2014 году

«BioFiction. Где заканчивается реальная жизнь?» — это, в первую очередь, искусство. Уникальный спектакль строится на основе биографий участников с особенностями развития (четырех актрис из театра-студии «Круг II» и четырех актеров из театра «THIKWA»), их собственных оценок, восприятия действительности, отраженных в фантастических мирах научной фантастики, сказок и даже манги. «В основе спектакля «Biofiction» — идея творческой встречи двух культур. Перформанс рассказывает о жизненном опыте и мировосприятии представителей двух культур. Ведь это так захватывающе – открывать, показывать, исследовать сходства и различия, а может быть, и находить пути сближения друг с другом. Такое межкультурное взаимодействие можно инициировать между самыми разными культурными сообществами. То, что в данном случае оно происходит между Германией и Россией (ведь репетиции и показы спектакля пройдут в обеих странах), случилось во многом благодаря тому, что наши театры и их режиссеров — Андрея Афонина и меня — связывают долгие и плодотворные рабочие отношения. Мы знакомы уже почти 15 лет», — рассказывает «Европульсу» Герд Хартманн.

Афонина и Хартманна можно назвать пионерами – первой постановкой в России, в которой профессионально и на равных работали актеры с ограниченными возможностями здоровья и без таковых стала их совместная работа «Отдаленная близость» (2012) в Центре драматургии и режиссуры. Она же, к слову, впервые была принята в репертуар государственного театра и шла там с успехом 2,5 года.

Готово ли российское общество к инклюзивному театру? Герд Хартманн отвечает так: «В преддверие той премьеры и некоторое время после первых показов во время обсуждений с публикой речь шла, в основном, об ограничениях исполнителей и возможностях их реабилитации, а не о самом спектакле как о произведении искусства. Однако постепенно, шаг за шагом, тематика дискуссий менялась», — рассказывает немецкий режиссер. Настоящий прорыв случился после того, как спектакль «Отдаленная близость» получил «Золотую маску». Зрителей словно осенило: это ведь тоже театр, искусство, вне зависимости от того, кто играет на сцене. Хартманн уверен, что интерес к «особому» искусству в России будет возрастать, и тому есть подтверждение: «В декабре прошлого года я видел в Санкт-Петербурге спектакль Большого драматического театра, созданный совместно с людьми с ограниченными возможностями здоровья. Этой темой также занимаются некоторые крупные театральные школы. В последние годы в России наблюдается заметное движение в этой области».

«Особый», но абсолютно «нормальный»

И все же пока в России, в отличие от Европы, для людей с особенностями развития практически нет условий для профессиональной театральной деятельности – нет инклюзивного обучения в этой сфере, нет и профессии режиссера «особого» театра. В Западной Европе первые инклюзивные театральные труппы, переросшие рамки любительского искусства, начали появляться в конце 1980-х годов. В Германии, в частности, уже больше 40 лет существует множество театров с участием таких людей, являющихся полноценными участниками культурной жизни общества. Берлинский «THIKWA», созданный в 1990 году, — один из них.

биофикшн«Почти во всех западноевропейских странах существуют инклюзивные театры профессионального уровня. У «THIKWA», например, есть собственная площадка в Берлине, которую он делит с «обычным» театром – «English Theatre».  Там у нас примерно 8-10 пьес в репертуаре и около 80 показов в течение года. Как и многие другие профессиональные инклюзивные театры, «THIKWA» считает себя такой немного особенной частью «обычной» культурной жизни, и большую часть финансирования получает из культурного, а не из социального бюджета. Кстати, в последние годы невероятно вырос интерес к работе с особыми коллегами у художников, получивших академическое образование. Многие особые театры работают со знаменитыми хореографами, режиссерами, актерами, танцовщиками и музыкантами», — рассказывает г-н Хартманн.
Такие совместные российско-европейские проекты, как готовящийся спектакль «BioFiction. Где заканчивается реальная жизнь?», помогут сдвинуть дело «с мертвой точки» и в России. Этот проект уже поддержали Фонд Лотто, Сенат в Берлине и Фонд Хайденхоф. Его вдохновители также начали краудфандинговую кампанию, которая призвана помочь собрать средства на гонорары артистам и переводчикам, оплату переездов из города в город, печать афиш и буклетов. Организаторы хотят, чтобы об инклюзивном спектакле узнали, как можно больше людей. Ведь самое главное, чтобы люди – такие разные, уникальные, все по-своему «особенные» — стали лучше понимать друг друга.

«Цель нашей работы на перспективу заключается в том, чтобы рано или поздно в центре внимания оказалось бы только творимое искусство, а не сопутствующие его возникновению обстоятельства или особенности его создателей. Иначе говоря, чтобы инклюзивное искусство стало в хорошем смысле слова «нормальным», — подводит итог Герд Хартманн.

logo