27.06.2019

Остановить глобальное потепление: как в Европе борются с изменениями климата

На сегодняшний день Евросоюз может похвастаться самым прогрессивным в мире законодательством в сфере борьбы с глобальным потеплением. О том, как проходит самый успешный на сегодняшний день эксперимент по борьбе с изменениями климата и с какими трудностями приходится сталкиваться, «Европульсу» рассказал старший эксперт Федерального агентства окружающей среды Австрии Гилберт Ахамер.

Изменение климата – это комплексные изменения типичных для определенного места погодных условий на всей Земле, вызванные деятельностью человека. Помимо увеличения среднегодовых температур (глобального потепления) изменение климата проявляется в изменении годового уровня осадков или их неравномерном выпадении, более частом возникновении ветров и ураганов и так далее.

Эксперты ООН отмечают, что изменения климата особенно остро сказываются на беднейших странах. Из-за глобального потепления там может вновь начаться голод, а также эпидемии и стихийные бедствия.

Почему меняется климат?

Кто в наше время не слышал про парниковый эффект? Невидимые парниковые газы скапливаются в атмосфере, они пропускают солнечные лучи к поверхности Земли, но не выпускают за пределы атмосферы тепло. Таким образом тепло накапливается, и поверхность Земли постепенно нагревается.

Главный виновник изменений – углекислый газ.

— Из-за него происходит около 75% потепления, — рассказывает Гилберт Ахамер. – Впервые эту роль углекислого газа описал шведский ученый и Нобелевский лауреат по химии Сванте Аррениус больше 100 лет назад. И сегодня главное направление борьбы с изменением климата – это как раз снижение выбросов углекислого газа.

Главные источники «лишнего», производимого человеком углекислого газа – это сфера энергетики, промышленность и транспорт, а также сельское хозяйство. За последние 200 лет (с так называемой доиндустриальной эпохи) мир разогрелся почти на 1 градус Цельсия. Цифра сама по себе не очень впечатляет, но изменение климата – это не только более высокие показания термометра за окном.

— Из-за того, что атмосфера больше прогревается, молекулы воздуха становятся более подвижными. Так появляются более частые бури и ураганы, — поясняет Гилберт. – Вдобавок меняется схема выпадения осадков: в южных широтах, южнее моей родной Австрии, дождей становится меньше, а на севере, наоборот, осадков становится больше. Европейцы чувствуют эти изменения на себе – в Европе стали более частыми наводнения, а прошлый год побил «рекорд» по интенсивности лесных пожаров.


ЕС и парниковые газы:

Около 10% мировых выбросов приходится на ЕС;

В 2017 году выбросы парниковых газов в ЕС были на 22% ниже, чем в 1990 году (при этом экономика выросла за это время на 58%).


К чему стремится Евросоюз

Климат Земли – это очень сложная система. Определить, в какой мере парниковые газы влияют на изменение температуры – задача не из легких. Особенно если учесть, что климат очень медленно реагирует на изменения состава атмосферы: даже если сегодня все города, фабрики, фермы и заводы вдруг перестанут выбрасывать парниковые газы в атмосферу, изменения климата продолжат нарастать в течение ближайших десятилетий.

Тем не менее, ученые всего мира подсчитали, что предельно допустимый для человечества «разогрев» планеты – это 2 градуса Цельсия по сравнению с XVIII веком, когда еще не началась промышленная революция.

Последний раз эту цель закрепило в 2015 году Парижское соглашение, принятое в рамках Рамочной конвенции ООН об изменении климата.

Сам документ размыто заявляет, что пик выбросов углекислого газа должен быть пройден настолько скоро, насколько это окажется возможным. В Евросоюзе этот пик уже прошел – в 1990 году. Согласно климатической стратегии ЕС, которая начала действовать с 2000 года и с тех пор не раз ужесточалась, Евросоюз снижает объемы выбросов парниковых газов.

Сейчас страны-члены ЕС ведут переговоры о том, чтобы к 2050 году весь Евросоюз выбрасывал не больше парниковых газов, чем может поглотиться естественным путем. Если этого результата достигнет вся планета, глобальное потепление постепенно остановится.

Цели климатической стратегии Евросоюза:

К 2020 году – снижение выбросов на 20% по сравнению с 1990 годом (эта цель будет выполнена);

К 2030 году – снижение выбросов на 40% (некоторые институты ЕС прогнозируют, что эта цель может не быть выполнена);

К 2050 году – ЕС должен производить не больше парниковых газов, чем может поглотиться естественным путем (эти цели находятся на этапе обсуждения. На момент лета 2019 года 18 из 28 стран ЕС согласились с этими целями).


До 2050 года Евросоюз поставил еще несколько целей. Так, в 2020 году выбросы парниковых газов должны быть на 20% ниже, чем в 1990 году (сейчас они уже ниже на 22%), а в 2030 году – на 40% ниже.

Основной принцип прост: нужно производить и «выпускать на волю» меньше углекислого газа. Дело в том, что сам углекислый газ довольно неохотно взаимодействует с другими химическими веществами. Поэтому если уж он попадает в атмосферу, то это надолго.

— Главная идея в том, чтобы как можно больше углекислого газа оставить в почве, — рассказывает Гилберт. – Конечно, есть и другие подходы – например, предлагают «собирать» углекислый газ с производств в контейнеры и затапливать их где-нибудь в глубинах океана. Но такие способы очень дорогие, к тому же требуют много энергии – а это новые выбросы.

Недавно некоторые европейские страны (в первую очередь Германия) и независимые институты сделали тревожные заявления о том, что ЕС не сможет «попасть» в заявленные цели 2030 года, если не будет прикладывать больше усилий. Но это не значит, что игра не стоит свеч.

— У меня было два эмоционально разных этапа, — делится Гилберт. – Когда в 1999 году я разрабатывал свой первый учебный курс, связанный с изменением климата, законодательство ЕС в области борьбы с изменением климата только начинало развиваться, и мне казалось, что цели ЕС недостижимы. Но с тех пор я все больше проникаюсь оптимизмом – особенно последние 3 года, когда изучаю непосредственно изменение климата. Потому что я вижу, что у нас есть все необходимые технологии, нужно только их применять.

Как в Европе борются с парниковыми газами

Стратегии борьбы с изменениями климата – общеевропейская и национальные – сосредоточили внимание на трех главных сферах экономики, ответственных за наибольшую долю выбросов парниковых газов.

Во-первых, это промышленность и производство энергии, на которую фактически завязано все остальное производство.

— Это очень важный сектор, в мире на него приходится до 40% выбросов углекислого газа, — говорит Гилберт. — Сейчас в Евросоюзе уже выгоднее получать энергию из возобновляемых источников: поставить солнечные панели дешевле, чем обслуживать угольную электростанцию.

Хороший пример – неподалеку от города Грац, где я живу, 25 лет назад построили угольную электростанцию. Она была экологически чистой и задерживала 99% вредных выбросов. В Австрию специально приезжали инженеры из других стран – даже таких далеких, как Япония – чтобы посмотреть, как она работает. Но несколько лет назад она закрылась. И не из-за протестов «Гринписа» или других экологических соображений. Просто стоимость электричества, полученного на угольных электростанциях, стала слишком высокой.

Во-вторых, это строительство новых энергоэффективных зданий и теплоизоляция старых построек.

— На обогрев тоже уходит много энергии. А тепло, которое уходит в атмосферу из отапливаемых зданий, тоже вносит свою лепту в изменение климата. Я работал в Астане, и когда пришел смотреть квартиру, где мне предстояло жить, я заметил, что там довольно жарко. Я сказал об этом хозяину, на что он ответил: «Откройте окошко». Для стран ЕС такое расточительство просто немыслимо. У нас давно все дома оборудованы термостатами, на которых мы выставляем нужную температуру, и не выпускаем на улицу ни капли «лишнего» тепла.

Третий важный сектор – это транспорт.

— Здесь главная задача – максимально сократить количество двигателей внутреннего сгорания, особенно которые работают на ископаемом топливе: бензине, дизеле или даже природном газе. Технологически решения тоже существуют. Например, в Германии уже есть автомагистрали для грузовиков-троллейбусов. Над ними протянуты провода, к которым подсоединяются большие фуры – и едут.

Ставить электродвигатели на фуры пока нецелесообразно – они недостаточно мощные, чтобы далеко увезти машину весом в несколько тонн.

Сейчас еще один сектор европейской экономики оказался под особенно пристальным вниманием европейских законотворцев. Это сельское хозяйство, на которое приходится около 10% выбросов углекислого газа в ЕС.

— Здесь тоже много решений – от перехода на современную технику с низкой долей выбросов до специальных таблеток для животных, особенно коров, которые препятствуют образованию в их животе метана – еще одного парникового газа.

Сообща и по отдельности

Первые заявления о том, что ЕС должен развиваться «устойчиво» — то есть без вреда для будущих поколений — появились еще в 1986 году. Они были зафиксированы в Едином европейском акте, который стал предтечей договора о создании общего рынка Европейского сообщества. Но нынешние правила игры появились в 2005 году в стратегии Евросоюза по борьбе с изменением климата, которую обновили в 2014-2015 годах.

Система Евросоюза по снижению парниковых выбросов делится на 2 составляющие. За одну часть снижения выбросов ответственны национальные стратегии. Они регулируют уровень выбросов от транспорта, строительного сектора, сельского хозяйства и утилизации мусора.

За вторую часть «отвечает» общеевропейская «Система торговли выбросами углерода». Это система квот, которые распределяются по секторам и странам. Они действуют в 31 стране (помимо 28 стран ЕС в этой системе участвуют Исландия, Норвегия и Лихтенштейн) и затрагивают 11 тысяч предприятий с самыми высокими выбросами парниковых газов – это крупные производители энергии и промышленные предприятия.

Каждому предприятию из этих сфер приходится покупать квоты на парниковые выбросы, и чтобы этого не делать, они должны разрабатывать новые технологии без выбросов.

Чтобы все-таки снизить парниковые выбросы к 2030 году согласно плану, обе системы нужно реформировать, считает Гилберт:

— Национальные стратегии принимались довольно давно, в начале 2000-х годов – тогда мы меньше знали об изменении климата. В результате не все цели адекватны – какие-то занижены, а другие слишком высокие. А стоимость квот на выбросы парниковых газов для компаний пока настолько низкая, что им выгоднее покупать квоты, чем разрабатывать новые технологии.

Чего уже удалось добиться

Несмотря на сложности, система в принципе работает. На сегодняшний день Евросоюзу удалось сократить общие выбросы углекислого газа больше, чем любому другому региону мира – на 22% по сравнению с 1990 годом. Для сравнения: в США за этот же период выбросов стало меньше на 15%, такой же показатель в России, а в Китае выбросов стало больше в 3,5 раза. Во всем мире выбросы парниковых газов выросли на 16%, по данным Всемирного Банка.

— Не во всех странах снижение вредных выбросов происходит по одним и тем же причинам, — замечает Гилберт. – В России и в некоторых странах Евросоюза, которые раньше входили в социалистический блок, снижение выбросов произошло из-за того, что закрылись убыточные предприятия, на которые приходилась их львиная доля. Но при этом «устойчивые» технологии развиваются недостаточно.

Есть и другие предложения «легкого пути» снижения выбросов парниковых газов.

— Многие страны, в том числе и Россия, предлагают высаживать больше деревьев, чтобы снизить выбросы парниковых газов. Да, деревья действительно поглощают углекислый газ, и деревьев должно быть больше, особенно в городах. Но даже если площадь лесов на Земле удвоится (что невозможно – на вершинах Гималаев или в Сахаре леса не посадишь), этого не хватит, чтобы поглотить весь «лишний» углекислый газ. Так что развивать и внедрять «устойчивые» технологии все равно придется.

«Сделайте свою домашнюю работу»

В пятницу 20 августа 2018 года обычная шведская школьница Грета Тунберг не пошла в школу, а вместо этого отправилась к зданию парламента Швеции и начала «Климатическую забастовку». Она требовала, чтобы правительство выполнило обязательства, которые взяло на себя в рамках Парижского соглашения, и начало уделять больше внимания экологическим проблемам.

Скоро к Грете присоединились другие шведские школьники, а потом протесты прокатились по всей Европе и даже за ее пределами. «Сделайте свою домашнюю работу – тогда мы пойдем делать свою», — говорили протестующие школьники.

— Одна из причин того, что именно европейцы первыми приняли конкретный план по борьбе с изменениями климата, — в нашем образовании. Во всех школах обязательно рассказывают про изменение климата, про то, как это влияет на природу, и про роль человека в этом процессе.

Конечно, среди европейцев тоже встречаются скептики, которые говорят, что все это сказки, и мы не должны ничего менять в нашем образе жизни, но таких сравнительно немного – это показали и выборы в Европарламент. Партии, которые включили в свою программу экологические вопросы, набрали больше голосов, чем обычно. А правые партии, которые традиционно выступают против борьбы с изменением климата, оказались не столь успешными.

Сейчас страны ЕС договариваются о планах на будущее и продолжают менять мир в настоящем.

— Я в целом согласен с тем, чего требуют протестующие школьники, — говорит Гилберт. – Европе пора действовать более решительно и показывать другим регионам, что борьба с экологическими проблемами и экономический рост не противоречат друг другу.


«Европульс» благодарит Гете-институт в Москве, проект ЕС «Общественная дипломатия. ЕС и Россия» и фестиваль зеленого документального кино ECOCUP за помощь в организации интервью.

logo