11.08.2011

Север и юг на компасе европейских гастрономических вкусов

Радоваться жизни можно по-разному: кому-то нужны ночные клубы и рестораны, а кому-то хватит и ужина в семейной обстановке. Север и юг Европы в этом отношении всегда отличались друг от друга. Но за последние несколько десятков лет ситуация кардинально изменилась. Теперь англичане веселятся не меньше итальянцев, а шведы находят особую радость в приготовлении ужина по сложным рецептам шеф-поваров. Почему так произошло и, чем смена полюсов может грозить просвещенной Европе?

Кажется, что жители Южной Европы традиционно получают больше удовольствия от жизни, чем северяне. За последние несколько десятилетий религиозный и социальный ценз в этом регионе снизился, теперь человек может больше времени тратить на поиск личного удовольствия. Англичане, например, перестали быть нацией сплина, и теперь свое удовольствие они переживают громко. Так происходит во многих западных странах, особенно там, где протестантизм признан религией большинства. Ведь там, где до того господствовало католичество, всегда налагались запреты на плотские удовольствия. Визит в Амстердам с легкостью убедит в несомненных достоинствах протестантизма любого, кто ищет от жизни удовольствий.

Гедонизм истинный и ложный

Но, как оказалось, есть по меньшей мере два вида гедонизма: северный и южный, или Балтийский и Средиземноморский. Это обусловлено климатическими, географическими и культурными широтами. Южане – это гедонисты по определению, потому что им не придет в голову быть кем-то еще в таких мягких и приятных климатических условиях. В то же время можно определить и гедонизм северян – это своего рода идеология, выстроенная в противовес пуританским ограничениям.

Получать удовольствие для жителей севера Европы — дело не из легких. Им приходиться напрягаться, чтобы достичь его. В итоге это становится не отдыхом, а обязанностью. В 1920-х годах там в ходу был лозунг «Каждый день и каждый раз я чувствую себя лучше и лучше». Похоже на самовнушение, не правда ли?

Современные британцы ведут себя очень шумно, сбиваясь в большие компании, они проходят маршем по ночным улицам, изображая из себя веселящуюся толпу. Выглядит это не совсем естественно, скорее как-то напряженно. А поскольку сдержанность является врагом удовольствия, то они соотвественно себя и ведут. Их гедонизм – действительно тяжкий труд.

Сегодня стремление к тому, чтобы получать от жизни только удовольствие, стало обязательным условием успешного человека. Ты не смеешься, не пьешь, не кутишь? Значит, с тобой что-то не так.

В тоже время, на юге Европы важность повседневных удовольствий всегда считалась само собой разумеющимся фактом. Эти удовольствия являются частью культурного наследия испанцев, итальянцев, французов. На юге Европы с самого детства люди познают радости принятия пищи в компании родных и друзей, а ведь в северных странах Европы это не принято. И это понятно: греясь под солнцем, принимать пищу куда приятнее, чем обедать под проливным дождем. Также заметна разница и в том, как именно и что пьют на разных концах Европы. На юге пьют скорее для поддержания тонуса, а на севере — чтобы утолить свои печали. При этом налицо парадокс: в Италии пьют больше, чем в Шотландии, но пьяных в Италии найти гораздо сложнее, чем в Шотландии.

Сложности перевода

Некоторое время назад в северных странах Европы начал рождаться новый класс гедонистов – любителей вкусной и качественной еды. В Великобритании их называют foodies. Это люди, которые возводят еду в культ. Они смотрят кулинарные шоу, посещают мастер-классы известных поваров. Чтобы приготовить себе обыкновенный обед из картофельного пюре и бифштекса, они отправляются на рынок, где можно купить самые лучшие корнеплоды и экологически чистое мясо. И никаких полуфабрикатов! В Нидерландах даже взрослые занятые мужчины по вечерам с удовольствием опускаются в уютные в кресла перед телевизором и следят за тем, как юные повара на экране состязаются за звание лучшего в известном кулинарном ТВ-шоу. Степень интереса к просмотру этих программ можно сравнить с любовью к телетрансляциям матчей Лиги Чемпионов.

Многие северяне признаются в том, что им сложно полностью принять чуждый им стиль гедонизма. Спагетти, вино и цветы – все это просто замечательно, но постепенно разговоры о качестве прожарки спаржи, принятые в Италии, начинают угнетать финнов, датчан и бельгийцев. Кажется, что все это слишком поверхностно и лучше вернуться к знакомому, пусть и «серому», образу жизни.

Рестораны нового поколения

Традицией дружеского барбекю или ужина для близких друзей в Европе никого не удивишь. Там люди уже давно коллективным походам в ресторан предпочитают демонстрацию собственных кулинарных умений. Хотя так было не всегда.

В Великобритании нормой считалась такая форма проведения досуга. Приглашение в гости на ужин не подразумевало под собой обильный стол, а наоборот: купленные в магазине картофельные чипсы и пиво – это никого не удивляло, и не вызывало недовольства гостей. Но сейчас традиционная грубость англо-саксов сменилась на итальянское радушие. Дома готовят ужин из нескольких блюд, а гости приносят с собой дорогое хорошее вино. Последним писком моды на гостеприимство считается организация частных закусочных. Хозяин внушительного домашнего пространства, за небольшие деньги, которые обычно тратят на ингредиенты, устраивает у себя дома своеобразный ресторан. Конечно, кто угодно с улицы туда не попадет, но обычно туда попадают знакомые знакомых хозяина дома, которые разделяют страсть к приготовлению пищи и, которым не скучно будет полвечера обсуждать свойства лука-порея. В столице Великобритании даже начали появляться закрытые клубы для этих самых foodies, где фанаты еды вместе могут поужинать и поговорить о блюдах.

Скромное обаяние севера

И все же эти кулинарные удовольствия еще не распространились слишком широко и уступают в размахе гедонистическим практикам жителей юга Европы. Многие богачи-северяне все еще с пренебрежением относятся к еде и к тому, как и во что они одеты. Мода здесь по-прежнему уступает место нестареющей классике. К роскоши в Финляндии, Дании и Швеции относятся скорее равнодушно, зато ценят глубину человеческого характера. Разница характеров проявляется еще и в самой жизненной философии. Если англичанина француз попросит что-нибудь станцевать, то первый, скорее всего, смутится и скажет, что не танцует. Тогда собравшиеся удивятся и поинтересуются, как же гость отдыхает? А он скажет, что вечером любит гулять с собакой.

Вот такие вот они разные, эти загадочные и простые, веселые и серьезные, жители единой Европы.

logo