12.09.2017

«Стартапы не получаются с первого раза»: чему учат во французском акселераторе в России

Жульен Николя приехал в Россию из Франции два года назад, чтобы стать девелопером российского отделения международного акселератора NUMA. Он рассказал «Европульсу», чем французские стартаперы отличаются от российских, как учатся бизнесу во Франции и почему во Франции не сразу начинают говорить о деле.


«Во Франции стартап-движение развивается уже 15 лет, а в России всего 5»

Во Франции стартап-движение развивается уже 15 лет, а в России всего 5, и это чувствуется, когда работаешь с предпринимателями. У нас в акселераторе есть образовательная программа, но главное — мы знакомим стартаперов с состоявшимися предпринимателями, инвесторами и представителями крупных корпораций. Здесь можно «обкатать» свой бизнес, понять, насколько жизнеспособна идея, нужно ли что-то доработать, прежде чем выходить с ней на рынок.

Во Франции к нам обычно приходят уже «понюхавшие порох» предприниматели. Стартапы не получаются с первого раза.

Понять бизнес можно только совершив самостоятельно несколько неудачных попыток.

В России еще мало тех, кто пробовал развивать высокотехнологичный бизнес с нуля. И к нам приходят люди совсем без опыта.

Проблема России в том, что тут не умеют продавать готовые продукты. Здесь очень сильные технари, но даже университеты, которые должны были бы давать миру новые продвинутые продукты, не умеют доводить дело до конца. Мы сотрудничаем с несколькими вузами, и они все норовят продавать либо идею (то есть патент), либо «мозги». А сделать полноценный продукт, который может пригодиться людям, не хотят. Мне кажется, они боятся попробовать. Во Франции к открытию бизнеса относятся легче.

 

Фото: Luc Legay / Flickr


«Во Франции на всех технических специальностях в университетах сейчас есть курсы по бизнесу»

Инновации бывают двух типов – вы придумываете или новую технологию, или новый способ использовать старую. Например, Uber и французский сервис Bla-bla car – это как раз инновации второго типа. В России к нам приходят с проектами обоих типов. Хотя инновационных технологий, а не способов применения, предлагают больше, чем во Франции.

Российские стартапы по своей сути не сильно отличаются от французских или немецких. Вот, например, в африканских странах и в Индии рынок другой. В Индии большинство стартапов нашего акселератора связаны с мобильными приложениями (например, это банковские приложения и платежные системы). В бедной стране мало у кого есть ПК, зато у всех есть телефон – поэтому в этой сфере такой спрос на инновации.

Зато по организации российские стартапы от французских отличаются сильно.

В России обычное дело, когда команда состоит из трех программистов, которые отлично разбираются в коде, но плохо представляют, что нужно людям.

Во Франции сейчас на всех технических специальностях обязательно есть курсы по бизнесу. Например, в Париже у большинства технических вузов программы выстроены совместно с бизнес-школами. Студент три года учится по своей специальности, а полгода — осваивает маркетинг в другом университете.
 
 


«В России у нас много перспективных медицинских проектов, которых нет во Франции»

Моя задача здесь – дать российским стартаперам возможность выйти на мировой уровень, а для этого нужно смотреть широко. Мы поддерживаем проекты, решающие проблемы, с которыми столкнется человечество к 2030 году — от доступа к чистой питьевой воде до образования.

В России у нас много перспективных медицинских проектов, которых нет во Франции. Например, в нашем московском акселераторе успешно разрабатывается система реабилитации больных после инсульта. Это устройство, которое помогает разрабатывать мышцы и развивать мелкую моторику.

А еще в нашем акселераторе есть приложение для хранения всех медицинских данных: доступ к ним дается через QR-код, который наносится на браслет или карточку вроде банковской, которую легко носить в кошельке, или наклейку. Такое приложение очень пригодится пожилым людям и путешественникам, когда человек не может объяснить врачу, что с ним не так – информация будет доступна врачу на разных языках.
 


«Ярмарка вакансий — такая же часть стартап-культуры, как коворкинг»

Во Франции женщины в профессиях, которые считаются мужскими (в частности, в предпринимательстве), более сплоченные, они друг друга поддерживают. И мы решили привнести эту традицию и в Россию. Поэтому помимо курса для стартаперов с готовой идеей мы запустили в Москве специальную программу для девушек. Сюда приходят по вечерам девушки-технари, которые учатся или уже работают, и хотят попробовать открыть свое дело.

У многих из них еще нет своего проекта. Здесь они смогут понять, их это стезя или нет. А в конце программы будет ярмарка вакансий, где ее участники смогут присоединится к другим стартапам или компаниям, найти единомышленников и создать команду. Это очень важная часть программ акселерации во Франции – участие в таких ярмарках. Я хочу, чтобы это стало такой же частью стартап-культуры России, как коворкинги.

 

Фото: Steven Zwerink / Flickr


«Во Франции не начинают сразу говорить о деле – нам важно установить контакт»

Бизнес-культура в России только зарождается. Чувствуется, что люди, которые этим занимаются, проштудировали несколько книг и ринулись в бой.

Когда я только приехал сюда, я все никак не мог привыкнуть к тому, что топ-менеджеры говорят с тобой сразу о деле. Причем довольно жестко. В России люди стремятся прояснить иерархию. Затем я понял, что и мне надо так себя вести: говорить, что их идеи и проекты – ничего себе так, но мы делаем то же самое, только лучше и с меньшим бюджетом. И сразу все встало на свои места – меня признавали за равного, и можно было дальше нормально работать.

Во Франции не начинают сразу говорить о деле. Мы начинаем издалека, потому что нам важно установить контакт с человеком.

Вообще атмосфера творчества — очень важная часть нашей предпринимательской культуры.

Например, центральный офис NUMA в Париже расположен в здании бывшей фабрики – на каждом этаже свой колорит, много зелени, уютных уголков. Там один из самых популярных коворкингов в Париже, люди по утрам занимают очередь, чтобы поработать у нас – мест иногда всем не хватает.


«Со временем стало понятно, что на это есть спрос»

Мне всегда было интересно поработать в России, моя мама русская. Поэтому, когда меня пригласили стать девелопером отделения NUMA в Москве, я сразу согласился. У нас есть представительства в 8 странах по всему миру, а в Москве открылось первое за пределами Франции.

История нашей компании, можно сказать, очень французская. Изначально NUMA была неформальным объединением предпринимателей, которые хотели делиться опытом друг с другом и со всеми, кому это интересно. Со временем стало понятно, что на это есть спрос.


Читайте также:

Идея на миллион: 7 любопытных европейских стартапов



logo