2.11.2020

«Терпеть — это не жизнь. Надо жить»: психолог Вайда Свинкуниене о проблеме домашнего насилия в Литве

Почти каждое шестое зарегистрированное преступление в Литве в 2019 году было связано с насилием в семье. Карантин в 2020 году только усугубил ситуацию. Психолог из Клайпеды Вайда Свинкуниене, основательница Центра болезненных отношений, рассказала «Европульсу» о том, какая помощь нужна жертвам домашнего насилия и как меняется отношение к нему в Литве.

Вайда Свинкуниене в 2017 году создала «Центр болезненных отношений», где помогают женщинам, попавшим в отношения с абьюзером.

— Для страдающих алкогольной или наркотической зависимостью есть специальные центры. Зависимость в отношениях — это такая же зависимость, и здесь тоже нужна помощь, чтобы вырваться, — поясняет Вайда.

Ее центр практически с самого начала работал только онлайн — из-за деликатности темы. Формат офлайн-семинаров оказался совсем не популярен. Потому что, во-первых, это очень страшно для женщины — агрессивный партнер может узнать о ее походах в такой центр; а, во-вторых, это очень стыдно — публично признать, что ты, например, богатая и влиятельная, а в отношениях у тебя все очень плохо. По тем же причинам большая часть занятий проходит только индивидуально.

«Насилие снова повторяется в 70% — 90% случаев»

Вопреки расхожему утверждению из романа «Анна Каренина», в практике Вайды все клиентки несчастливы очень похожим образом. Мало кто вырастает в по-настоящему дружной семье, объясняет она: многие неосознанно ищут токсичные отношения, этот привычный загрязненный воздух — просто потому, что такая «композиция» кажется наиболее комфортной.

Женщины, рассказывает она, обычно не понимают, что именно не так с их отношениями. Они приходят с одним и тем же вопросом: «Я больше не могу, что мне делать?» и ищут причину проблемы в себе.

— Но как правило, оказывается, что они находятся в созависимых отношениях с элементами психологического, экономического, а иногда и физического насилия. Мы очень долго работаем, чтобы понять, что не надо перестраивать себя. Надо себя собрать и посмотреть, что ты хочешь, что ты любишь, кто ты такая. Когда ты находишься в таких отношениях, есть мысль, что без мужчины ты совсем не сможешь жить. Но это только мысль.

«Самое страшное в такой ситуации, что второй раз женщина уже не позвонит»

В 2011 году в Литве появился закон о домашнем насилии — одновременно со Стамбульской конвенцией. Конвенция основывается на четырех принципах: предотвращение домашнего насилия, защита, судебное преследование и согласованные действия подписавших ее стран, в том числе по совместному мониторингу правоприменительной практики и поддержке неправительственных организаций.

Евросоюз призывает страны-члены ратифицировать Стамбульскую конвенцию. Все страны ее подписали, но не все ратифицировали, в том числе и Литва. Конвенция вызвала дискуссии в литовском парламенте: консервативные силы отказались одобрить документ, который, по их мнению, расширяет определение гендера.

Вместе с тем, в Литве по закону о домашнем насилии досудебное расследование начинается в обязательном порядке; потерпевшему гарантируется защита, а насильника могут принудительно выселить и обязать его не приближаться к потерпевшему. С тех пор в стране стали появляться шелтеры для переживших насилие — как государственные, так и неправительственные.

— Но увы, закон не всегда действует, особенно в маленьких городках. К сожалению, решившая сообщить о насилии женщина все еще может столкнуться с пренебрежением и насмешками полицейских. Или ее партнера могут увезти в полицию, а через два часа отпустить назад. Самое страшное в такой ситуации, что второй раз женщина уже не позвонит.

Надо знать свои права, добавляет Вайда, и не стесняться напоминать о них полицейским.

В 2019 году литовские правоохранительные органы получили 53 тысячи сообщений о домашнем насилии, зарегистрировано 7691 преступлений, связанных с домашним насилием. 8 из 10 пострадавших — женщины, а каждый десятый — ребенок.

По данным Еврокомиссии, официальные данные, скорее всего, сильно занижены, поскольку в правоохранительные органы обращаются лишь около трети пострадавших женщин. Опрос, который в 2014 году проводило агентство Европейского союза по основным правам, показал, что каждая пятая женщина в ЕС подвергалась физическому или сексуальному насилию со стороны партнера. При этом 74% участников исследования Евробарометра считают домашнее насилие распространенным явлением, а у 23% среди друзей или членов семьи есть страдающая от насилия женщина.

В 2020 году, когда во всем мире били тревогу из-за роста бытовой агрессии во время карантина, литовские власти начали обсуждать новые инструменты защиты от домашнего насилия; специализированные центры помощи получили 1,5 миллиона евро.

«По чуть-чуть я собрала себя заново»

Вайда сама выросла в семье, где насилие было нормой: отец сильно пил и бил ее маму. В подростковом возрасте Вайда увлеклась чтением книг о женственности.

— Мое детство было трудным, и я постоянно искала способы сделать себя счастливее, лишь бы не жить с этой дырой в душе, — рассказывает она.

Спустя годы оказалось, что собственная семья тоже не приносит ей счастья:

— Муж был старше меня, хотел меня воспитывать, а не позволять мне быть такой, какая я есть. Сейчас я понимаю, что для крепких отношений требуется гораздо больше — истинное «я» и взаимно правильный выбор. Но тогда это было постоянное психологическое насилие, я поняла, что еще чуть-чуть, и оно перерастет в физическое.

Самым трудным и болезненным, по словам Вайды, был путь к пониманию, что то, что с ней происходило — это насилие, что так не должно быть. Осознание было постепенным:

— Когда мой брак разваливался на сотни маленьких обломков, я пыталась его спасти — с помощью «раскрытия своей женственности». Я снова обратилась к книгам и думала, что со мной что-то не так, и если себя переделать, то все станет хорошо.

Так Вайда добралась до книги Робин Норвуд «Женщины, которые любят слишком сильно».

— Я поняла, что любить кого-то — не значит страдать. И пора взять ответственность за себя и своих троих детей в свои руки. Когда младшей было шесть месяцев, я ушла. И вот так по чуть-чуть я себя собрала заново, — вспоминает она.

«Даже сильные и самостоятельные женщины могут стать зависимыми от партнера»

Как распознать токсичные отношения? Это постоянные манипуляции, неуважение к вашим увлечениям, вашей работе и хобби, вашему мнению, стремление изолировать вас от друзей и близких и во всем ограничивать.

— В результате даже очень сильные и самостоятельные женщины могут стать морально или материально зависимыми и неспособными принимать какие-либо решения без партнера, — говорит Вайда.

Одна из ее клиенток — женщина, которая владела бизнесом вместе со своим супругом, страдающим от алкогольной и наркозависимости. Она много лет спасала бизнес и делала так, чтобы никто из окружающих не узнал правду о ее муже. Когда она наконец решилась уйти, муж начал настойчиво пытаться ее вернуть, задаривать подарками и цветами.

«Исправившийся мужчина», говорит Вайда, — это типичный паттерн в созависимых отношениях. Бывший агрессор становится идеальным, но ненадолго: потом насилие снова повторяется — в 70%-90% случаев. Счастливых историй, когда клиентке удалось наладить отношения и сохранить семью, практически нет, признает Вайда. Счастливым исходом она предлагает считать развод, после которого женщина получила поддержку и восстановилась. К этому приходит большинство женщин, которые обратились в центр, в том числе и та клиентка.

— Когда мы выстраиваем здоровые отношения с собой, необходимость в болезненных отношениях отпадает. Терпеть — это не жизнь. Надо жить.

Поддержка очень необходима пережившим насилие, говорит Вайда: если ее нет, то очень сложно противостоять желанию вернуться к привычной жизни.

Очень важно, чтобы в период исцеления рядом с женщиной были ее близкие, но, к сожалению, так бывает далеко не всегда: мамы, сестры, бабушки до сих пор нередко уговаривают женщину терпеть «ради семьи и детей», или — того хуже — говорят ей: «Ты сама виновата».

— Такие мысли сейчас даже в голове не укладываются, но мы с ними выросли. Мы по умолчанию испытываем вину, считаем, что это с нами что-то не так, что мы могли спасти семью, но этого не сделали. У постсоветских стран, думаю, опыт насилия в семье если не одинаковый, то близок к этому.

Однако в последнее время ситуация в Литве понемногу улучшается.

— Я вижу очень много социальной рекламы на тему насилия, даже отношение церкви меняется. Раньше от представителей церкви нельзя было ожидать ничего, кроме «Семья, надо потерпеть, муж – святой». А теперь клиентки часто рассказывают, что слышали от священников: не надо терпеть насилие в браке, вас должны всегда любить и уважать.

Вайда считает, что в целом литовское общество на верном пути:

— Не терпеть, не закрывать уши, если слышишь за стеной скандал — звонить в полицию. Это постепенно становится нормой. В детстве мне казалось, что все семьи нормальные, только наша — нет. Но это просто потому, что происходившее в семье считалось секретом. Если мы не будем говорить о насилии, оно будет продолжаться. Насильники любят тишину. Насилие не может происходить, когда все о нем знают.

logo