В Европе часто встречается мнение, что власти ЕС оторваны от народа, и нельзя сказать, что оно совершенно несправедливо. Европа — огромный континент с населением более 450 миллионов человек, которые говорят на десятках языков. А в Европейской Комиссии работает чуть больше 32 тысяч человек, считая исследователей, переводчиков и юристов. На каждого чиновника приходится почти 14 тысяч европейцев, и учесть все их интересы совершенно невозможно.
А чтобы рядовой европеец сам поучаствовал в создании законов, мало создать для этого условия — надо ненадолго вырвать его из рутины.
Поэтому на каждую Европейскую панель граждан собирают 150 человек, которые участвуют в трех сессиях, обсуждая с разных сторон одну тему. Две сессии выездные, они проходят в Брюсселе, а между ними есть онлайн-сессия, к которой участники подключаются из дома. В таком формате и обсуждаются темы, которые затрагивают всех жителей и которые нужно решать на уровне всего ЕС.
Молодежь и евроскептики
В обсуждениях всегда принимают участие люди из разных стран, отобранные по строгим правилам: из больших городов и крохотных деревень, с учеными степенями и минимальным уровнем образования, евроскептиков и сторонников евроинтеграции, всех представленных в ЕС конфессий и национальностей.
Однако на эти панели специально приглашают больше молодежи: ее голоса в обычной политике звучат реже, поэтому здесь их долю увеличили до трети, хотя в населении ЕС их всего 16–17%.
Все для участников
В панелях можно участвовать с 16 лет. На очные сессии подростков сопровождают родители или опекуны.
Помощника могут также взять пожилые участники или люди с инвалидностью.
Участникам и помощникам оплачивается дорога, проживание и еда на сессиях. Плюс им полагается компенсация расходов в размере 80 евро в день, ведь сессии длятся по три дня. Обычно они назначаются на выходные, но все равно придется взять хотя бы один отгул.
С доставкой на дом
Процесс отбора участников заслуживает отдельного разговора.
Все начинается с того, что компьютер случайным образом отбирает почтовые коды — так определяется, откуда приедут будущие участники.
Затем представители Еврокомиссии обходят выбранные участки, буквально стучат в двери к людям, объясняют им концепцию панелей граждан и просят заполнить подробную анкету: в ней указываются самые разные данные, от пола и места жительства до взглядов на евроинтеграцию.
Многие делать это просто отказываются, потому что… принимают анкетеров за мошенников.
«Когда мне позвонили в дверь, я подумал, что это пришли продавать открытки», – признался на одной из сессий Тоби из Бельгии, участник панели по подготовленности к разного рода кризисным ситуациям. «А мне сначала показалось, что это мошенники», — сообщила Нина. Ей 19 лет, и после окончания школы она перебралась в Берлин, но ее родители живут в крохотной деревушке рядом с границей с Австрией, и именно там ее застали представители Еврокомиссии — когда она приехала повидаться с семьей. По словам Нины, если бы интервьюеры постучались в ее дверь в Берлине, скорее всего, на мероприятии ее не было бы, но в маленьком городе уровень доверия незнакомцам выше.
Дальше алгоритмы без присутствия человека подбирают участников для каждой панели из пула европейцев, заполнивших анкеты. Пропорции разных категорий граждан строго соблюдаются (если не считать численного перевеса молодежи по сравнению с реальной демографией в ЕС). Для каждой панели отбирается 150 участников. Знакомство с темой начинается в Брюсселе, в штаб-квартире Еврокомиссии.
Как услышать каждого
Итак, участники отобраны. Теперь задача — превратить их личный опыт в рекомендации для законотворцев. Это сложный и небыстрый процесс, поэтому его и разбили на три сессии по три дня, которые идут в течение полутора — двух месяцев.
На первой сессии участников вводят в курс дела и рассказывают, что именно будет менять будущий закон — этому посвящен весь первый день. Начиная со второго дня участники работают в группах, делятся опытом и находят пробелы в национальном законодательстве, определяют причины проблем и сферы, которые требуют перемен, чтобы эти проблемы решить.
Это не всегда очевидно. «Что меня действительно удивило — это насколько часто молодые участники возвращались к теме психологических последствий ковида, вернее, локдаунов, — рассказывает журналист Войчек Алексиак из Польши, который присутствовал на панели о готовности к чрезвычайным ситуациям. — Когда думаешь о ЧС, на ум приходят аптечки или информация о расположении ближайшего бомбоубежища, а не психологическая поддержка. Но многие молодые участники, которые пережили локдаун в возрасте 11–12 лет, говорят, что они до сих пор с помощью психологов работают с этим травматическим опытом».
Вторая сессия проходит онлайн. Это промежуточная встреча, на которой участники еще раз уточняют темы, по которым планируется сформулировать рекомендации, и формируются уже тематические рабочие группы.
Третья сессия — снова выездная. Участники возвращаются в Брюссель и работают над конкретными рекомендациями для Еврокомиссии. С одной стороны, это самая ответственная часть, но для экспертов и чиновников, которые работают с группами и помогают им составить рекомендации, особенно ценно понимать дух этих рекомендаций, а не только «букву», считает Алиса Тсани, исследовательница в области энергетики и эксперт панели по энергоэффективности.
В конце каждой сессии принимается ряд рабочих документов, где фиксируются основные идеи и направления работы.
Чтобы с самого начала разговорить участников, организаторы используют несколько приемов.
- Всем участникам предлагают говорить на родном языке, хотя можно отказаться в пользу, например, английского. На всех сессиях работает несколько десятков синхронных переводчиков, которые обеспечивают разговор на всех 24 официальных языках Евросоюза — чтобы люди могли четче сформулировать свои идеи.
- В каждой сессии есть пленарные заседания, когда участники собираются вместе, но в основном работа идет в небольших группах по 10–12 человек. Так у каждого есть возможность высказаться и поделиться своим опытом и идеями.
- Участники могут взять с собой помощников (например, пенсионер, который говорит только на так называемом малом языке, может прийти с англоговорящим внуком), но в обсуждениях они не участвуют.
«К концу второго дня я заметил сдвиг в общей атмосфере, — рассказывает Войчек. — Как будто языковой барьер начал растворяться. Люди пытались произносить имена друг друга на своем родном языке. Это было потрясающе».
Стоит ли игра свеч?
Панели граждан недешево обходятся и организаторам, и участникам. Организаторы покупают билеты «панелистам» и сопровождающим, обеспечивают питание, проживание, плюс оплачивают участие экспертов и самих чиновников, которые тратят на это часть рабочего времени. Участники тоже несут издержки: они тратят свое время и могут потерять часть дохода из-за пропущенных рабочих дней.
Но итог – рекомендации, которые рождаются не только из статистики и экспертных оценок, а из реального опыта жителей одного из самых пестрых континентов на планете. «Португальцы рассказывали о том, как они переживали лесные пожары, наводнения и массовое отключение электричества, — рассказывает Войчек. — Немцы делились, как на них влияли массированные кампании дезинформации и так далее. Все это выглядело очень сложным и муторным процессом, но с другой стороны, у меня возникло ощущение, что такие встречи нужны гораздо чаще. Потому что этих людей слушали не только эксперты и чиновники — они слушали друг друга».
«Онлайн вы никогда не получите такого полного представления о том, что на самом деле волнует жителей», — говорит Алиса.
После третьей сессии профильные юристы-аналитики Еврокомиссии изучают рекомендации участников. Задача — включить эти идеи в новые законопроекты. Через некоторое время они составляют отчет о том, какие именно рекомендации вошли; эта информация доступна всем желающим, не только участникам панели.
Для бюрократической машины Евросоюза консультации с жителями решают две глобальные задачи.
Во-первых, они улучшают качество законов: чем больше разных взглядов учтено при подготовке закона, тем больше вероятности, что он устроит все заинтересованные стороны. А значит, Европарламент и национальные власти примут его с меньшим числом правок и согласований. Во-вторых, это еще и способ показать гражданам, как работает европейская демократия. Ведь Еврокомиссия помимо участников специально приглашает на панели журналистов и инфлюенсеров: так и попал туда Войчек.
Некоторые инструменты и решения, принятые в результате Европейских панелей граждан:
- Финансирование образовательных программ от студенческих обменов до профессиональных стажировок будет увеличено через Erasmus+ в бюджете на 2028–2034 годы.
- Создана онлайн-платформа детского участия, через которую дети и подростки до 18 лет могут предлагать Еврокомиссии свои идеи.
- Выделен бюджет на исследования в новой сфере: влияние неравенства на проявления ненависти, радикализацию и поляризацию общества.
- Разработаны рекомендации для НКО, бизнеса и властей по сокращению пищевых отходов.