Мальтийский язык — это настоящий микс. По разным оценкам, его лексика на 30–40% состоит из арабских слов, еще 40–50% — слова романского происхождения (основное влияние оказала соседка-Италия, точнее, сицилийский диалект, но немало заимствований есть из французского). Оставшиеся 6–20% — заимствования из английского.
Мальтийская лексика похожа на слоеный пирог начинающего кондитера — слои в целом прослеживаются, но кое-где они смешиваются.
Мальта очень маленькая — площадь Мальты меньше площади Москвы. Государство состоит из трех заселенных и еще нескольких необитаемых островов, то ли двух, то ли пяти (в зависимости от того, считать ли островами некоторые буквально торчащие из воды скалы). Почти все население сосредоточено на самом большом острове — Мальте. Поэтому неудивительно, что носителей мальтийского совсем мало. На нем разговаривает всего около 540 тысяч человек во всем мире (из них примерно 450 тысяч живут на Мальте). Помимо самой Мальты очаги мальтийского есть в Австралии, Великобритании, Канаде и США, но эти диаспоры совсем маленькие.
Несмотря на немногочисленность носителей, в мальтийском есть диалекты. Сегодня лингвисты не опасаются, что он может исчезнуть (хотя еще сравнительно недавно все было не так однозначно). Во многом хорошим самочувствием мальтийский обязан тому, что он является одним из официальных языков Евросоюза. «Мальтийцы очень гордятся этим, — рассказывает Яна Псайла, лингвист, член Академии мальтийского языка и Союза поэтов Мальты. — Не каждая страна удостаивается такой чести». Например, люксембургский, который является официальным языком Люксембурга наряду с немецким и французским, не обладает статусом официального языка ЕС.
Мама из арабского, папа из романского
Мальтийский – язык семитской группы. На таких языках говорят на Ближнем Востоке, Северной и Восточной Африке; самые известные представители этой группы — арабский и иврит. Арабы завоевали Мальту примерно в IX–XI веках нашей эры. «В мальтийском сохранились отголоски именно того, древнего варианта арабского языка», — рассказывает Яна.
Яна Псайла читает фрагмент стихотворения Oħroġ, Qamar («Выгляни, Луна») малтийского поэта Чарльз Коллейра
Поэтому неудивительно, что базу лексики мальтийского составляют арабские слова. Это бытовые и «древние» понятия, которые окружали людей в старину, как окружают и сейчас: рука (id), пшеница (qamħ), стол (mejda).
И такие же повседневные глаголы: ходить (mexa), пить (xorob), любить (ħabb)
Даже «Бог» и «дьявол» у мальтийцев-католиков звучат по-арабски: Alla и ix-xitan.
Но не все базовые слова в мальтийском — из арабского. Например, если слово «мама» имеет арабские корни (omm), то «папа» по-мальтийски – missier (это слово восходит к сицилийскому mio sire — «мой господин»). Парадокс можно понять, если вспомнить, что Мальта долгое время была форпостом крестоносцев-католиков. Рыцари приезжали на Мальту, брали в жены местных девушек — и ехали дальше воевать. Поэтому у их отпрысков «мама» — это родное и «базовое» omm, а вот если на горизонте появлялся отец, его надо было назвать торжественно, даже с некоторым пиететом.
Романские слова начинают проникать в мальтийский с конца XI века — вместе с завоевателями-нормандцами, пришедшими с Сицилии. Эти свирепые потомки викингов и франков вообще наделали много шума в средневековой Европе, их сородичи на несколько десятилетий раньше вторглись на Британские острова.
Романские слова итальянского происхождения в основном относятся к сфере культуры в очень широком смысле. Например, у слова «борода» арабский корень (daqna), а «усы» звучат по-итальянски (mustaċċi); «дом» (dar) роддом из арабского, а вот «театр» (teatru) — из итальянского.
В 1798 году Мальту захватывает Наполеон, и после этого в языке обосновались некоторые французские слова. Например, мальтийцы часто говорят друг другу при встрече утром «Bbonġu» (bonjour на французском), а перед едой желают «bon apetit».
Вслед за Наполеоном на Мальту нагрянули англичане — его злейшие враги, и с 1800 года начинается период мальтийской истории под британским правлением, тот самый, благодаря которому до сих пор школьники и студенты едут изучать английский язык на Мальту. Сначала островное государство стало протекторатом, потом колонией Британской империи, независимость от которой оно получило лишь в 1964 году. За это время мальтийский язык обогатился английскими заимствованиями современных реалий и понятий. Слова вроде kompjuter (компьютер) и televixin (телевидение) имеют английское происхождение, хотя и пишутся «смешно» для тех, кто знаком с английским написанием.
Арабский и романский как синоним
Несмотря на такую богатую историю, мальтийский язык обзавелся официальной письменностью совсем недавно — в 1924 году. Сегодня мальтийский — единственный в мире семитский язык с латинским алфавитом. «Недавно Академия мальтийского языка, членом которой я являюсь, отмечала столетие мальтийской письменности, и мне довелось познакомиться ближе с этой историей, — рассказывает Яна. — Я видела разные проекты алфавита, в том числе на основе арабского. Но было решено использовать латиницу с некоторыми добавлениями».
Написание слов в мальтийском фонетическое, то есть как слышится слово — так оно и пишется. Поэтому, например, вычурное telephone в английском превращается в telefon в мальтийском. Иногда сами мальтийцы как будто стесняются такого написания и предпочитают сохранить орфографию языка-оригинала. В СМИ такие слова пишутся прописными буквами, но согласно новым правилам орфографии это считается ошибкой.
На самом деле, письменные источники на мальтийском существовали и до 1924 года. «Древнейшим памятником письменности на мальтийском языке является стихотворение «Кантилена», созданное в конце XV века — в июле этого года оно было официально включено в Международный реестр ЮНЕСКО «Память мира». А самая ранняя проза на мальтийском – сборник религиозных проповедей, увидевший свет в первой половине XVIII века», — рассказывает Яна. Но то были мальтийские слова, записанные «чужими» буквами — как правило латинскими, но изредка и арабскими.
Интересно, что в мальтийской поэзии слова арабского происхождения встречаются чаще, чем в бытовом языке, но записывали их все равно преимущественно латиницей. «Можно сказать, мне как поэту и переводчику повезло с мальтийским, — улыбается Яна. — Из-за исторических особенностей в нем есть множество полных синонимов, только одно из семитского источника, а другое — из романского. Поэтому, чтобы подобрать рифму, слово «звезда» я могу перевести как kewkba из арабского или как stilla из итальянского, — объясняет она. — Слово «вдохновение» — как lehma или ispirazzjoni».
Чарующие звуки
Вообще если грамматика в мальтийском больше напоминает семитскую (именно поэтому язык классифицируется как семитский), то фонетика в нем скорее итальянская.
Так в нем появляется много звуков, свойственных романским языками, но отсутствующих в арабском: например, глухие согласные, вроде «п», или звук «ц» (эти звуки очень нужны для итальянцев — как же без них говорить слово «пицца»?)
Другие звуки произносятся на арабский манер. Например, английская буква «Q» обозначает на письме гортанную смычку — когда голосовые связки смыкаются, а потом резко размыкаются: так получается взрывной звук. Иностранцы в названиях улиц и населенных пунктов читают ее как «к», и в старину она действительно произносилась похоже, но гораздо глубже — звук шел из горла, а не из ротовой полости. Это довольно сложный звук, и со временем в мальтийском он пропал.
Некоторые звуки зависли где-то посередине. В мальтийском есть две исторические буквы: «айн» (Għ) и «акка» (H), которые являются беззвучными, но в некоторых сочетаниях и позициях они звучат как буква «х».
Это тоже арабское наследие, в современном арабском обе эти буквы есть. В деревне Арб на Гозо местные жители до сих пор всегда произносят Għ как твердую «х».
«Это представляет большую ценность для исследователей мальтийского языка, — рассказывает Яна. — Когда я училась на курсах корректуры мальтийских текстов, то один из преподавателей рассказал нам любопытную историю как он еще студентом факультета мальтийского языка, «охотился» за буквой Għ на Гозо.
Новые слова и новые правила
Сегодня заимствования в мальтийском продолжаются, это естественный процесс. Чаще всего новые слова приходят, как и в другие языки мира — из английского. Чтобы адаптировать английское слово, его немного итальянизируют, например, добавляя -ioni в конце или меняя произношение. Вообще фонетика, как и синтаксис, в мальтийском языке романские.
Но, в отличие от более стабильных языков, в мальтийском бурно развивается и меняется не только лексикон, но и грамматика. «То, как писали 20 лет назад, устаревает, на смену приходят новые правила, — жалуется Яна. — С одной стороны, это хорошо — язык развивается и становится проще для носителей, но из-за этого мальтийцы, поголовно владеющие еще и английским, даже между собой ведут деловую переписку на lingua franca современного делового мира. Добавьте к этому и без того запутанные правила грамматики — и появляется настоящая угроза с таким трудом обретенному письменному языку».
Современный мальтийский
Мальтийское правительство балансирует между удобством для своих мультикультурных граждан и сохранением культурного наследия. Так, если раньше государственные школы преподавали на мальтийском, то в последнее время они все чаще ведут уроки на английском. Во-первых, дело в том, что высшее образование на Мальте доступно только на английском, и родители предпочитают сразу готовить к этому детей. Во-вторых, на острове становится все больше экспатов — этому способствовало как присоединение к ЕС, так и развитие удаленной работы — Мальта пользуется популярностью у цифровых кочевников.
С другой стороны, на мальтийском есть полноценные СМИ, собственные фильмы и сериалы, литература и игры. Правда, голливудские блокбастеры не переводят — в стране, где подавляющее большинство владеет английским, это слишком дорогое удовольствие.
Мальтийский язык в обязательном порядке нужен тем, кто хочет делать карьеру на государственной службе. «Граждане вправе обратиться к администрации на любом из официальных языков и, если это мальтийский, то ответ администрации, согласно закону, обязан быть тоже на мальтийском», — поясняет Яна.